Одесская семья:
— Яша, на могилку чаще цветы приносят, чем ты мне…
— Сара, я не понял! И таки что ты предлагаешь?!

Сара выходит во двор в платье с очень низким вырезом на спине. Соседка:
— Сарочка, я вам посоветую! Вы или выше шейтеся, или ниже мойтеся!

Одесса. Встречаются два приятеля:
— Привет, Изя, как поживаешь?
— Привет, Абрам, от меня таки Циля ушла…
— Купи таки бутылку водки и утопи свое горе.
— Не выйдет.
— А шо так, денег нету?
— Деньги таки есть, горя нету…

Нью-Йорк. Брайтон-Бич. Общественный туалет.
У писсуаров стоят рядом два еврея, эмигранты из бывшего СССР.
Вдруг один спрашивает другого:
— Вы случайно, не из Одессы?
— Да, из Одессы.
— А, случайно, не с Молдаванки?
— С Молдаванки. А как вы вычислили?
— Там у вас в местной синагоге обрезание делает кривой на один глаз Мойша. Он всегда режет неровно, а вы мне уже обоссали левый туфель…

У подъезда встречаются еврей и одессит.
— Ты знаешь, Абрам, я вчера видел, как с тебя возле дома снимали дублёнку…
— Так почему же ты не подошёл?
— А я подумал: «Зачем им ещё одна дублёнка?»

В Одессе по Дерибасовской идёт еврейская мама и ведёт за руки двух
мальчиков. Их встречает знакомая:
— Здравствуйте, Сара Абрамовна. Какие милые крошки! И сколько им лет?
— Гинекологу шесть, а юристу четыре.

По одесскому аэропорту женщина тащит пьяного мужа еврея:
— Изя, я желаю, шо бы ты издох со своей водкой! У меня, таки, закипают мозги от мысли, как тебя дотащить до дому…
— Розочка, я имею желание узнать, где мы находимся?
— В аэропорту!
— Розочка, а шо мы таки делаем в аэропорту?
— Шо, шо. Мы ж из Египту возвращаемся!
— Та ты шо…Ну, и как там?

— Ой, ваш Абрамчик на лицо — вылитый папа!
— Это не страшно, был бы здоров!

Учитель в одесской школе:
— Дети, придумайте предложение, в котором слово «трудно» встречается семь раз.
Яша Рабинович тянет руку:
— Мне трудно в понедельник, мне трудно во вторник…

Одесский дворик.
— Сара! Сара! Ваш сын ест с помойки!
— Абрам! Много не ешь, скоро обедать!

Сидит пьяная ворона на банкете. Объявляют белый танец. Ворона зачерпывает крыльями манную кашу и размазывает ее по голове:
— Боже! Когда я пьяная, я такая загадочная.

Предел лаконизма. В Одессе умирает еврей. Близкие шлют телеграмму в Израиль: «Изя все». Вскоре приходит ответная телеграмма: «Ой».

У подъезда встречаются еврей и одессит.
— Ты знаешь, Абрам, я вчера видел, как с тебя возле дома снимали дублёнку…
— Так почему же ты не подошёл?
— А я подумал: «Зачем им ещё одна дублёнка?»

Одесситы в гостях у евреев.
– Изя, у вас чай есть?
– Нет.
– А кофе?
– Чай есть.

Одесский дворик.
— Сара! Сара! Ваш сын ест с помойки!
— Абрам! Много не ешь, скоро обедать!

Сара выходит во двор в платье с очень низким вырезом на спине. Соседка:
— Сарочка, я вам посоветую! Вы или выше шейтеся, или ниже мойтеся!

— Ой, ваш Абрамчик на лицо — вылитый папа!
— Это не страшно, был бы здоров!

В Одессе по Дерибасовской идёт еврейская мама и ведёт за руки двух
мальчиков. Их встречает знакомая:
— Здравствуйте, Сара Абрамовна. Какие милые крошки! И сколько им лет?
— Гинекологу шесть, а юристу четыре.

— У тебя есть фотокарточка твоих близнецов?
— Вот она!
— Но здесь только один!
— Достаточно. Другой точь—в—точь такой же.